Ярослав Добрынин
На сайте представлены росписи Ярослава Добрынина, сделанные им в последние годы в православных храмах Франции.
По образованию автор – архитектор, и это сразу даёт себя знать, когда попадаешь в помещение храма, расписанного им. Должно быть, это весьма затруднительно «выложить» в электронном виде. Надо там именно побывать. Сюжеты и расположение фресок продуманы так, что, будучи сами по себе плоскостными и упрощёнными, они предельно активизируют пространство храма, становятся вехами или главами священного повествования. Так в церкви преп. Силуана Афонского (мон. Антония Великого в St-Jorain-en Royan) мы попадаем в «пространство Апокалипсиса», а в храме Преображения (Преображенский монастырь в Bussy-en-Othe) – в «пространство Преображения». Большая фреска Преображения над Царскими вратами отличается от ангела со свитком прямо над входом или западной фрески Страшного Суда и следующих за ней по стенам 6 дней творения (сюжет имеет параллель в древней сицилийской мозаике) пропорциями в композиции: если в «днях творения» (когда промыслялся уже и сам Страшный Суд, на что указывает соседство и последовательность сюжетов), незанятой образами плоскости стен заметно больше, чем занятой (и это неслучайно: ведь мир творился из ничего, из пустоты, что как раз такой фреской очень убедительно подчёркивается), то в главной фреске храма – в Преображении, которая всегда перед нами и вырастает всё крупнее по мере продвижения к алтарю – полное равновесие занятой и незанятой поверхности, цветовая гармония тоже абсолютная. Преображение в таком контексте представлено здесь вообще как центральное событие в истории сотворённого мира. Пока мы идём к алтарю перед нами открывается предыстория явления фаворского света ученикам Христа. Вначале мы видим изгнание из Рая, потом явление небесного огня пророкам Илье и Моисею, затем образы свв. Григория Паламы и Серафима Саровского, удостоившихся ещё на земле лицезрения фаворского света. Окружающий их сонм святых очень разнолик: здесь и ветхозаветные пророки, и наставники монашествующих, и константинопольские святители, и русские святые (Bussy-en-Othe – православный монастырь русского обряда, находящийся в юрисдикции Константинопольского патриархата), и собственно французские святые, такие как Ириней Лионский, Мартин Турский, Гонорат Арльский и многие другие периода до схизмы, удивительным образом появляющиеся именно сегодня в церковном православном искусстве, чтобы напомнить верующим о христианской истории Франции и быть для них заступниками и покровителями. Лики французских святых написаны Ярославом Добрыниным почти во всех монастырях, где он работал, и обозначены на сайте особым списком.
Архитектурные особенности храма вообще входят в творческий замысел художника. Так, например, фреска Сошествия во ад (скит Ste-Foy св. Веры, Севенны) написана им в запрестольной части алтаря, которая, сужаясь кверху, сама по себе уже образует как бы встречное движение «Сошествию». Таким образом плоскость и пространство оказываются в некой синергийности, совместном точно, глубоко и серьёзно продуманном действии.
Кажется, что в этом угадывается признак современного становящегося языка церковного искусства. При внешней кажущейся упрощённости, доступности оно не отступает он канона, но, наоборот, - укрепляет традицию по сути. Аналогичные явления можно видеть в некоторых современных акафистах новоканонизированным русским святым, например, Серафиму Вырицкому, Матроне Московской, «Слава Богу за всё» Иоанна Туркестанского (вообще написан по-русски) или акафист о единоумершем. Нам известна точка зрения Киприана керна на акафисты, как жанр, почти в точности повторяющая соображения Герднера по этому вопросу. Но жизнь нашей Церкви регулируется всё-таки не постановлениями энциклик, а тем, что называется «рецепцией» всего её организма как Тела Христова. Поэтому надеемся, что, чем больше гостей будет на сайте, тем это лучше отразится на становлении современного искусства православной Церкви.
Михаил Сухотин
